---

Намедни в газете вычитал — народ в городе стал на фатерах диких животных содержать. Это какую же нервенность надо иметь. Особливо бабам… Ну, кота мы с Апросиньей, к примеру, тоже имеем, так котам испокон веку с людями положено. Или там собачонку для охоты и охраны собственности. А тут ведь которы хищников заимели.

Жрать им сколь надо… Картошку-то, поди, не едят. Эттось заяц у меня по нечаянности обитался, и то сколь изъяну. Тоже, слышь, случай чудной. За деревней мелиораторы когда-то по полю трубы для полива капусты подводили. Ну, как у них завсе заведено, канав понарыли и оставили. А тут я в аккурат за дровами поехал. Слышу, в яме возле дороги верещит. Гляжу — косой. Оборвался в канаву, а выскочить не может. Дай-ка, думаю, словлю его ребятишкам в школу, там у них злоуголок имеется, пущай дикого зайца изучают. Полез в окоп этот, а зайчишка пуще верещит да еще царапается агрессивно. Орет, вроде как человечьим, али вернее сказать, бабьим голосом. Куль у меня с собой был, засунул туды — сиди, не ерепенься, другой бы тебя мигом на шапку прибрал…

В избу занес, Апросиньи нет. Ладно, мол, пущай покамест зайчонок разомнется, по избе побегат. Выпустил из мешка, он и начал фортеля выкидывать — горшок с цветком уронил, занавеску сдернул. Хотел изловить, а он под печь стреканул. Лаз для кота там налажен, умырнул в подпол, нечиста сила. Чую, внизу загремело. Кот Васька с подпола сиганул — глаза, как плошки…

На кровать запрыгнул, хвост трубой… Понять можно — зайцев сроду не видывал. Тут Апросинья заявляется: че, мол, за кабардак в избе? Не стану, думаю, пояснять, лучше от греха подальше. Кот, говорю, разыгрался, непонятно, че с ним… Рукавички взял, дровишки пошел складывать, а Апросинье на тот случай в подпол за картошкой понадобилось. Воротился — старуха на полу расшарашилась, глаза навылупку…
— Черт, — маячит мне, — в подполе завелся. Зубатый, хвостатый…

— Заяц это, — содержательно ей поясняю. — Обыкновенный заяц с лесу. Откель у него хвост?
Так она заместо того, чтобы в спокойствие придти, беспердонно страмиться начала.
Оно и знамо, такой гость ни к чему. Полез его ловить, двухлитровую банку со смородишным вареньем уронил да трехлитровую с огурцами. Апросинья блажит:
— Вылазь, покамест все припасы не перебил!
Пришлось с зайцем сосуществовать. За картошкой, али еще за чем в подпол самому надо лезти, кот в избе гадить начал. А косой нор понаделал, картошку землей закидал, морковенку, какая в закроме припасена, погрыз. А ежели, думаю, эта животная женского роду да наплодит приплоду…
Оно бы можно завалинку раскопать и отдушину открыть, дак ведь картовенка померзнет. Додумался — повесил возле закрома сеть старенькую и сторожок насторожил — заденет заяц, его сетенкой накроет, тут уж от меня никуды не денется.

Апросинья в город к племянникам на два дни уехала нервенность успокоить, а я утречком в магазин за куревом подался. Тоже на табачок потянуло. Ворочаюсь, уже с улицы слыхать — верещит. Шибко верещит, по-бабьи… Ну язви те, попался ушастый… В избу захожу — западня в подполе открытая, и че-то отель лезет страшнучее, как монстра с американского кино.

А это Валька племянница. Хахаль из городских шоферов к ней заехал, пива привез, а у ей, как водится, никакого продовольственного запасу. Прибегла к нам за огурцами. В подпол сунулась, там ее сетенкой и накрыло. Зайчонка с перепугу начал по закромам скакать, Валька вовсе в беспамятстве. Обратно полезла, а наверху у ступеньки ведро с известкой стояло — Апросинья  к Рождеству намерилась в избе белить. Валька в неудобственности это ведерко на себя и опрокинула… Верещит, морда как у белого статуя…

Меня до потери моральной сознательности напужала, зайчонку тоже, да еще сколь изъяну в хозяйстве… Ну, а  покамест Валька в чувство приходила, да отмывалась, ее хахаль пиво выпил и уехал.
Чую, после этого Апросинья мне последний ультимат объявит. Завалинку раскопал, тряпки из отдушины вытащил. Наутро гляжу — след по огороду — убег зайчишко. Картовенку-то, знамо, у стены морозом прихватило.

С зайцем существовать и то шибко неудобственно, как же это городские дикую тварь содержат? От большой учености, либо мода така? Поди, сколь блох, да и запах не ароматный. А вчера по телевизеру казали, научный кандидат какой-то дома удава пинтона вырастил, положит подколодного себе на плечо и в кресле книжку читат. Не, парень, ежели тебе рядом живность нужна, ты натуральную скотину заведи, зачем же при наших недостатках еще змеев плодить?

Вадим Макшеев

Добавьте комментарий в удобной для вас форме